бизнес справочник предприятий

Любовь к отеческим гробам

    Из двух зол археологии меньшим считается время, которое «свирепость и злость вытравляют у львов карфагенских». Большим — люди. Потому что они умудряются даже на классической любви к отеческим гробам делать бизнес в ущерб науке и национальному культурному достоянию. Эти люди именуются «чëрными археологами», или кладоискателями.

    — Ну это они сами себя так называют, — говорит директор Курского музея археологии Геннадий Стародубцев. — На самом деле более точное название им — грабители. К археологии они никакого отношения не имеют.
    Поэтому места раскопок после них выглядят так, как будто там свинья носом прошлась. Профессиональные курские археологи постоянно натыкаются на следы их «деятельности». Страдают от нее все достаточно значимые памятники археологии, расположенные на территории Курской области. Особенно те, что относятся к древнерусскому времени, поскольку археологические находки этого периода пользуются особым спросом у частных коллекционеров.
    Из-за этого ежегодно разграбляются курганы и могильники Гочевского комплекса, Ратское городище, Липинское. Особым вниманием «чëрных» пользуются археологические памятники славян предгосударственного периода, то есть 8-11 веков. На территории Курской области их больше 100, и все они разграблены. Это означает, что найденные там предметы старины потеряны безвозвратно, потому что предмет, извлеченный из контекста, пользы науке уже принести не может. Когда неизвестно место находки, теряется большая часть информации о ней.
    А с предметами, добытыми «чëрными», именно так и происходит. Они попадают на рынки, где уже не имеют четкой привязки к местности. Единственное, что можно узнать у продавцов, — «найдено в Курской области». Практически все найденное вывозится за пределы области, как правило, в Москву, где и продается частным коллекционерам. Нередко курские находки вообще покидают территорию Российской Федерации и оказываются в столице соседнего государства — Киеве.
    Курскому музею археологии выкупить свои находки кладоискатели предлагают очень редко, особенно если стоимость высока: знают, что у музея денег на это нет. Одним из таких редких примеров стал сребреник, древнерусская монета, подаренная в прошлом году Государственному Историческому музею. Это по-настоящему ценный предмет старины, поскольку их очень мало. Известно только несколько русских князей, при которых чеканились именные монеты. Курский сребреник предлагали продать за 8 тысяч долларов.
    Еще курским археологам местные кладоискатели предлагали купить золотой перстень хана Ахмата, найденный три года назад. В конечном итоге он был продан в частные руки. А в начале лета в прошлом году на сайте у мурманских кладоискателей появились рукоятка и перекрестье от сабли — с предложением о продаже, разумеется. Найдены они были, по их же сообщению, в Курской области.
    Это общепринятая практика среди кладоискателей: к нам едут рыться в археологических раскопках из Москвы, Тулы, Воронежа. Наши местные грабители отеческих гробов тоже едут в другие регионы — в Брянск, Орел, Белгород. По словам Геннадия Стародубцева, «чëрные археологи» за прошедшие годы пережили процесс стихийных поисков удачи и сейчас идет своеобразное упорядочивание. То есть раздел территорий.
    Кроме того, работают они уже не в одиночку, как раньше, а группами. Причем нынешние кладоискатели очень хорошо оснащены — у них есть необходимая техника и транспорт. В общем, появилось у нас что-то вроде археологической мафии. Масштаб ее деятельности такой, что профессиональные археологи по всей стране кричат «Караул!»
    По всему выходит, что «чëрные» теперь уже не просто «джентльмены удачи», авантюристы-гробокопатели. Развился целый преступный бизнес со своей системой работы. Одни копают, другие им дают наводку — где копать. То есть работают с археологической литературой, выуживают информацию о новых открытиях в этой области. Более того, ученые невольно им помогают.
    Благое дело Института археологии Академии наук — составление археологических карт — стало пособием для «чëрных археологов», хотя составлялось оно для того, чтобы создать целостную картину о пределах, занимаемых той или иной древней культурой. А получилась наводка для наводчиков «черной археологии».
    Третьи лица в ее системе специализируются на сбыте. Сбыт археологических находок — статья прибыльная.
    — Судя по раскопкам, — считает Геннадий Стародубцев, — и тому, сколько мы находим предметов, с учетом, конечно, что не все они уникальны, за один выезд на памятник археологии прибыль кладоискателей и потеря для науки составляет от 500 до 1000 долларов. В Курской области работает с десяток таких групп. Копают все лето, выезд у них примерно раз в две недели. Значит, каждый раз их суммарный заработок составляет 10000 долларов. За лето набирается большая сумма.
    На рынке «чëрной археологии» в цене не только ювелирные изделия из драгоценных металлов — все зависит от вкусов коллекционеров. А они хорошо платят за оружие, нательные кресты и иконки. Иконка, например, стоит 100-200 долларов. Хорошо раскупают актовые печати. Правда, их цена упала: рынок «перенасытился». До позапрошлого года в Курской области было известно всего лишь об одной такой печати. Затем появились еще с полсотни. В результате цена на них снизилась до 20-40 долларов.
    — Хорошо хоть, удалось их зафиксировать, — рассказывает Геннадий Стародубцев. — Я уж не буду выдавать способ, с помощью которого нам это удалось. Но теперь, я думаю, археологи в Липино ни одной печати не найдут: кладоискатели, похоже, обнаружили там административный центр и методично все перекопали. Все найденные печати — из одного места.
    Давно пора бороться с продолжающимся грабежом национального культурного достояния, да вот только некому. В ноябре 2002 года на базе комитета культуры области прошел «круглый стол» археологов и правоохранительных органов по поводу разграбления памятников археологии. В результате в областном УВД появился целый план по пресечению незаконных археологических раскопок. Но само пресечение так и не состоялось.
    Хотя ничего сложного в этом нет — люди, занимающиеся кладоискательством, курским археологам известны, и они готовы назвать их имена. Кроме того, застать грабителей на месте преступления не сложно: деятельность «чëрных археологов» ограничена временными и территориальными рамками, которые тоже хорошо известны и наблюдаемы. Они едут в определенное место, ходят с металлоискателями , расспрашивают местных жителей. Все это длится не один день. Так что бороться с «чëрными» довольно просто.
    В прошлом году одного из них задержал участковый возле Ратского городища, но потом отпустил. Зато теперь туда кладоискатели ехать опасаются: местная власть предупредила, что им это с рук больше не сойдет. К сожалению, пример реального отпора грабителям единичен. Они обнаглели от безнаказанности до того, что открыто предлагали археологам наводить их на места раскопок, а потом делить доходы пополам. И как ни пытались курские археологи доказать, что грабеж государства идет не на копейки, ограбленный их не слышит.

Елена Байбакова
«Курская правда», № 09/16.01.2004.


  

Назад