Петербургские кладоискатели.

ОДНИ ИЩУТ СУНДУКИ, НАБИТЫЕ ЗОЛОТОМ, ДРУГИЕ... ОБ ЭТОМ СЕГОДНЯШНИЙ РАССКАЗ

О кладах Санкт-Петербурга известно давно. В этом плане город стоит в одном ряду с таким богатым на находки городом, как Москва. Но если многие московские клады насчитывают века, то основная масса наших кладов появилась в городе с момента великих потрясений - 1917 года. И конечно, петербургские клады - это не флинтовские сундуки, набитые золотыми монетами и драгоценными камнями, но тем не менее отдельные из находок весьма впечатляют.

СТРАСТЬ И РЕМЕСЛО

В конце 80-х годов во время капитального ремонта жилого дома по одной из Красноармейских улиц строители, ломая кирпичную перегородку, нашли золотой слиток весом почти в один килограмм. В другом случае, также во время ремонта старого дома, за фальшивой стеной была обнаружена целая кладовка с предметами быта, одеждой и даже бутылками с вином начала XX века. О чем, кстати, сообщалось в газетах. Однако то находки случайные, случайных людей. Наш разговор о другом: о тех, для кого поиск городских кладов стал своего рода страстью и ремеслом. Круг петербургских кладоискателей достаточно узок и доступен далеко не каждому. Деятельность этих людей происходит без излишней огласки. О находках последних возможно по большей части лишь строить предположения и догадки, но то, что находки эти бывают и представляют собой значительную ценность, - вот это вне всякого сомнения. В противном случае едва ли кто-либо стал бы что-то искать. Пик кладоискательства в городе на Неве пришелся на времена брежневского застоя. Понятно, что при этом никто не носился по улицам с кирками и лопатами, отыскивая спрятанные сокровища, подобно итальянцам из известного кинофильма. Напротив, все происходило намного прозаичней, а главное, незаметней. Кладоискатели работали по «капам», то есть домам, поставленным на капитальный ремонт. Благо, в те годы капитальные ремонты жилых домов были делом обычным и происходили регулярно. Для большинства горожан расселенный дом представляется мрачной, безжизненной громадой. А между тем за стенами такого дома происходит своеобразная, бурная жизнь, скрытая от посторонних глаз. Точнее сказать, происходила, поскольку в настоящий момент капитальные ремонты случаются редко и, соответственно, тайная жизнь расселенных домов также пришла в упадок, хотя это совершенно не значит, что прекратилась совсем.

КЛАДОИСКАТЕЛИ ПРИХОДИЛИ ПОСЛЕДНИМИ

«После того, как жильцы выезжали из квартир, в такой дом приходили любители поживиться. Первыми появлялись квартирные воры, которые взламывали двери квартир, где еще оставались какие-то неперевезенные веши. Затем приходили те, кто снимал сантехнику, счетчики, выключатели, розетки, водогреи, детали от газовых плит. Часто это были работники жилконтор или же дачники. Кое-кто довольствовался сбором пустых бутылок, банок, тряпья. Находились люди, интересующиеся старыми дверями, бронзовыми ручками, крючками, задвижками, паркетом. Особый разговор о каминах. Были умельцы, работающие на заказ: разбирали камин и собирали его в доме заказчика. Через определенное время дворники из жилконторы начинали готовить дом к приходу строителей. Обходили этаж за этажом и выкидывали через окна во двор оставшийся хлам. И вот когда в квартирах уже ничего не оставалось, появлялись совершенно особые люди. Те, кто занимался поиском предметов, которые находились в потаенных местах и тайниках», - так рассказывает об этой стороне жизни старых домов кладоискатель Павел Васильев (фамилия изменена), на счету которого не один десяток отработанных «капов». По словам Павла, городских кладоискателей следует разделять на две категории. К первой относятся люди, ведущие поиск мелочевки: монет, мелких ювелирных украшений, предметов домашнего обихода из драгоценных металлов. Вторая категория состоит из людей узкой специализации, работающих исключительно по тайникам, содержимое которых несравнимо ценнее серебряной ложки или золотого кольца. Отношение этих категорий друг к другу открыто враждебное, при встречах нередки конфликтные ситуации.

ГДЕ ИСКАТЬ - В «КАПАХ»?

Специфика работы на «капах» следующая. Прежде всего обследуются те места квартир, где наиболее вероятна находка каких-либо вещей или тайника. А подобных мест в квартирах старого петербургского фонда немало. Во-первых, полы. Под полом могли устроить тайник, однако гораздо чаще кладоискателю, вскрывающему полы, приходится довольствоваться находками случайных предметов - старых монет, значков, пуговиц, ювелирной мелочи, которые проваливались под пол через щели досок, поскольку изначально полы в петербургских квартирах были дощатыми. Во-вторых, подоконники. Сложно сказать, почему, но именно подоконники в старых домах являются местом достаточно частого обнаружения спрятанных кладов. Вероятно, в прошлом подоконник считался удобным и надежным местом для сокрытия ценностей. Находки здесь бывают значительными: золотые и серебряные монеты, драгоценные камни, ювелирные украшения, ордена. Выломанные подоконники скажут кладоискателю не о действиях каких-то психов-подоконникофобов, а о том, что в данном доме его опередили более резвые конкуренты. В-третьих, комнатные двери и дверные косяки, вентиляционые отверстия, камины. Филенчатые двери - еще одно излюбленное место для устройства тайников. Опытные люди ножовкой делают на дверях несколько пропилов, чтобы, легко выломав дверной брус, можно было бы удостовериться в присутствии либо, напротив, отсутствии предмета поиска, как правило, старинных монет или изделий из белого и желтого металла. Дверные косяки также, бывает, хранят тайны прежних жильцов. По большей части за ними находят бумажные банкноты, причем иногда в довольно изрядных количествах. Находки в вентиляционных отверстиях, за прошедшие годы заклеенные не одним слоем обоев, не балуют кладоискателя широким разнообразием. Обычно здесь бывают покрытые слоем сажи серебряные ложки. Ложки прятались в этих отверстиях благодаря старинному городскому поверью о домовом, которого надлежало как-то задобрить, чтобы не шкодничал в доме. Правда, не так давно из одного вентиляционного отверстия был извлечен увесистый серебряный черпак, что в свою очередь натолкнуло на мысль о том, что в доме по 6-й Советской улице проживал наиболее вредный из городских домовых. Комнатные камины тоже скрывают немало сюрпризов: от замаскированных плиткой тайников до спрятанных на самом верху чьих-то денежных заначек и различных вещей, типа древнего зонтика или немецкого штыка.

В СТАРЫХ СТЕНАХ СКРЫТЫ НЕ ТОЛЬКО ГВОЗДИ

Однако самые богатые петербургские клады надежно сокрыты в стенах. Поиск таких кладов дело непростое. Армейские миноискатели или даже хваленые зарубежные металлоискатели, на которые делают основной упор малосведущие люди, помощники в этом случае плохие. В старых стенах много железа: балки, трубы, гвозди и т. д. Поэтому работать с металлоискателем в квартирах надо уметь, иначе долбить стены с сомнительным результатом придется как дятлу - упорно и много. Опытные кладоискатели больше полагаются на собственную интуицию и банальное простукивание стен. На памяти Павла есть пара случаев, когда лично ему приходилось встречаться со следами нескольких вскрытых кем-то стенных тайников. Судя по количеству газетных обрывков и бумаги, в которые были обернуты предметы из кладов, содержимое тайников имело весьма и весьма высокую ценность. Необходимо также отметить, что каждый из кладоискателей имеет свои небольшие секреты, полезные в поисках. Так, к примеру, точное определение квартир, где раньше жили состоятельные люди, серьезно увеличивает вероятность находок. Немалую роль в этом играет этаж и географическое расположение сторон дома. Казалось бы, мелочь, но благодаря именно таким вот мелочам люди находят клады.

НАХОДЯТ И ОРУЖИЕ

Еще одним местом Санкт-Петербурга, где работают кладоискатели, являются чердаки и подвалы старого фонда. При этом поиски ведутся в жилых домах и в настоящее время. Хотя находки сейчас стали происходить реже, чем прежде, но все же иной раз случаются. А ищут на чердаках и в подвалах по большей части не клады, а спрятанное оружие, как холодное, так и огнестрельное. Откуда такие вещи оказались в подобных местах? По этому поводу интересно выслушать мнение профессионала Павла Васильева: «До революции оружие имелось во многих домах. В частности, холодное оружие было деталью форменной одежды не только военных, но и гражданских чинов. Кто-то хранил семейную реликвию - старый кортик, шпагу, саблю. После 1917 года иметь в доме оружие стало смертельно опасно, поскольку при обыске могли обнаружить и обвинить в контрреволюционных намерениях. И тогда горожане начали избавляться от подобного компромата. Одни топили оружие в реках и каналах, но большинство прятали на чердаках и в подвалах. Заворачивали в промасленную бумагу или тряпки и засовывали за стреху, закапывали в чердачную засыпку или в подвальный грунт. Кто-то прятал таким образом холодное и огнестрельное оружие, А кто-то и банку с золотыми монетами». Из последних находок здесь стоит упомянуть австрийскую шпагу в ножнах, обнаруженную на одном из чердаков жилого дома в районе Владимирской площади. О других находках, представляющих интерес, известий в настоящее время нет.

ЗАНЯТИЕ НЕБЕЗОПАСНОЕ

Стоит также заметить, что ремесло городского кладоискателя - занятие далеко небезопасное, сопряженное с долей риска. Помимо злобных конкурентов в местах поиска гарантированы встречи с неприятной во всех отношениях и крайне опасной публикой: уголовниками, шпаной, гопниками и бомжами. Уцелеть в уединенном месте после подобной встречи не всякому по плечу. И кроме того, кладоискательство - это еще постоянная грязь, пыль, сырость, вонь, темень и находки сокрытых следов преступлений - человеческих трупов. А также реальная возможность заработать по шее вначале от бдительных граждан, а затем и милиции. Во избежание чего приходится тщательно маскироваться под неопрятного работягу. По тому, согласитесь, романтики в городском кладоискательстве не так уж и много, гораздо больше проблем. И, наконец, последнее, о чем необходимо знать. Слово профессионалу: «Не стоит думать, что все старые дома набиты спрятанными сокровищами. Большинство кладов уже обнаружено. Те, что остались, скорее достанутся строителям, нежели мне и таким же, как я, либо не будут найдены никогда», - таково мнение городского кладоискателя Павла Васильева. Сомневаться в правильности его слов едва ли возможно.

В. Степаков.
«Волжская магистраль», 28.11.1997.
С сокращениями из научно-популярного альманаха «Не может быть», № 9/1997.


  

Назад